«К вопросу о методологии экзистенциальной терапии, практикующейся членами УАЭКТ» - доклад Анастасии Зиневич на ежегодной научно-практической конференции УСП (8 июня 2020 года)

5 декабря 2020 г. доклад конференция УСП

1. Во всем мире существует несколько школ экзистенциальной терапии, каждая из которых развилась на основании своей философии, это:


а) школа «Дазайн-анализа» М. Босса, развившаяся на основе Хайдеггеровского экзистенциализма (охватывает Швейцарию и германоязычный мир);


б) школа В. Франкла, развившаяся на основании феноменологии и антропологии М. Шелера (в ней существует 2 разветвления, 2 разных учебных заведения: Институт В. Франкла и ГЛЕ интернешнл – А. Ленгле);


в) американская школа Дж. Бюдженталя и Р. Мэя (на основе работ экзистенциального теолога П. Тиллиха);


г) школа Р.Д. Лэинга, развившаяся из философии Ясперса и давшая толчок для появления Английской школы экзистенциальной терапии (наиболее яркие её представители: Э. Ван Дорцен и Э. Спинелли);


д) школа - А.Е. Алексейчика – была основана в 1970ые гг. на основе философии Ф.М. Достоевского, Н. Бердяева и А. Сурожского (между прочим М. Хайдеггер считал Достоевского своим учителем);


е) школа А.В. Гнездилова - выросла в 1980е гг. из философских поисков Серебряного века и практик М. Волошина;


Еще 2 менее известные Школы:
ж) итальянская школа «Софиа-анализа», основанная на философии Антонио Меркурио (лидер - Габриэла Сорджи);


з) и школа К. Дюргхайма, основателя и своей философии, и практики – развившего их под влиянием дзен-буддизма и японских боевых искусств (она охватывает Германию и Швейцарию).


Еще существуют китайская и латиноамериканская школа экзистенциальной терапии, но они не пришли на европейский континент.


2. В Европе существует несколько учебных заведений, готовящих экзистенциальных терапевтов - и у каждого из них свой лидер.
Это независимые течения, которые развиваются самостоятельно из разных культурных пространств: 2 учебных заведения в Лондоне - это Риджент Колледж (где лидер Э. Спинели) и Экзистенциальная Академия (где лидер Э. ван Дорцен); Институт HEPI (лидер Р. Кочунас); институт МИЭК (лидер: Семен Борисович Есельсон); ГЛЕ интернешнл (лидер: А. Ленгле); греческий институт «Эллинистическая ассоциация экзистенциальной психологии» (Gignesthai) (лидеры: Е. Георганда и К. Зимнис); Итальянский Институт гуманитарных и экзистенциальных наук (лидер: Ж.-Ф. Буффарди).
МИЭК, ГЛЕ интернешнл и ХЭПИ – экстерриториальны, их площадки располагаются на территории разных стран. А у итальянцев, англичан и греков – прикреплены к конкретному месту.


3. С 2015го г. усилиями одной из основательниц Британской школы экзистенциальной терапии Эмми ван Дорцен – эти школы встречаются на Всемирных Конгрессах по экзистенциальной терапии. В 2015м г. – в Лондоне, в 2019м г. - в Буэнос-Айресе. Следующая встреча будет в 2023м г. - в Афинах.


4. В УАЭКТ представлены несколько школ экзистенциальной терапии, существующих в Украине. На сегодня в УАЭКТ есть представители школ Бьюдженталя, Гнездилова, Алексейчика, Босса и Дюргхайма. Благодаря УАЭКТ они могут встречаться и обмениваться опытом. Так, в 2018 г. в Киеве состоялась конференция УАЭКТ, на которой встретились представители нескольких из этих школ.


5. Нашими почетными гостями, за счет визитов которых много было сделано для популяризации экзистенциального подхода в Украине, являются:
проф. Саймон дю Плокк (главный редактор международного журнала «экзистенциальный анализ», его следующий визит готовится нами на декабрь этого года); заслуженный врач Литвы Александр Алексейчик, замечательный шотландский психиатр Брюс Скотт (одно время руководивший Филадельфийской ассоциацией учеников Р. Лэинга); а также Арнхильд Лаувенг, замечательная норвежская психотерапевт, лидер современной антипсихиатрии, самостоятельно «переоткрыла» экзистенциальный подход к психопатологиям (заново открыв то, что в 1960-е открыл Р.Д. Лэинг). Также нашими почетными гостями являются Г. Миккин из Эстонии, Р. Петронис из Вильнюса (бывший президент Восточно-европейской ассоциации экзистенциальной терапии (ВЕАЭТ)), Казис Ремейкис (эксперт двух комитетов ООН, врач клиники Алексейчика), Р. Будрис (зам. директора Института гуманистической и экзистенциальной психологии (HEPI)). А С.Б. Есельсон так часто и давно бывает у нас, что гостем его мы не считаем. (Если считать что его род по отцовской линии весь был расстрелян в 1941г. в Украине, а сам он много лет назад первым начал проводить у нас экзистенциальные группы - то он уже не гость). Еще почетными гостями являются профессора Эмми ван Дорцен и Дигби Тантам.


Также мы договаривались со знаменитым американским экзистенциальным терапевтом, учеником Р. Мэя и Дж. Бьюдженталя - К. Шнайдером - о многодневном семинаре по «экзистенциальной конфликтологии», но из-за карантина он отодвинулся на год.


28-29июня на IX Всемирном Конгрессе по психотерапии, который будет проводиться online – 10 членов УАЭКТ выступят на экзистенциальном симпозиуме – о проблемах психотерапии онлайн, связанных с карантином. Главная из этих проблем, о которой они будут говорить - гарантия конфиденциальности для клиента. В своей квартире – нет гарантии, что не подслушивают или не войдут.


Все вышеперечисленные Школы и Институты представлены во Всемирной Энциклопедии по экзистенциальной терапии, вышедшей в прошлом году в Лондоне. 10 мая состоялся II Европейский конгресс Федерации экзистенциальной терапии в Европе (ФЕТЕ): в её правление, а также в комитет по членству и в комитет по учебным стандартам был избран и вошел С.Б. Есельсон. В палату профессиональных общественных организаций и в комитет по массовым коммуникациям вошла президент УАЭКТ А. Лелик.


Поскольку большинство членов УАЭКТ - слушатели и выпускники МИЭК, представляющие собой школу Алексейчика и школу Гнездилова, продолжающих и развивающих методологию и практику этих школ, то я сегодня буду говорить о методологии тех направлений экзистенциальной терапии, которая практикуется в МИЭК.

Принципы экзистенциального мировоззрения:
(при написании опиралась на выступление Есельсона С.Б. на II Всемирном Конгрессе по экзистенциальной терапии в Буэнос-Айресе в мае 2019).
1. Отказ от субъект-объектного мировоззрения
2. Важность контекста для понимания
3. Опора на собственный жизненный опыт
4. Деуниверсализация
5. Принцип жизненного мира (Мы живем не в одном и том же мире)
6. Культурная полилингвистичность
7. Принцип дополнительности.
8. Принцип неоднородности пространства и времени
9. Чувство меры
10. Экзистенциальное обучение должно само быть экзистенциальным, жизненным

Отказ от субъект-объектного мировоззрения
Экзистенциальная философия коренится в феноменологии Э. Гуссерля. Главной задачей феноменологии является вопрошание об основаниях своего мировоззрения. Если же мы не ставим такой вопрос – наше мировоззрение «наивно». Ежели мы обнаруживаем истоки своего мировоззрения – мы способны отнестись к нему критически, обнаруживая его границы. Уже это заставляет нас признать, что наше мировоззрение не абсолютно, не всеобще и не имеет всей полноты истины. Вначале ХХ века Гуссерль ставит вопрос об основаниях естественно-научного мировоззрения, господствующего в науке и философии на протяжении 300 лет Нового времени. И обнаруживает его истоки – в идеях Галилея и Декарта. До этих двух мыслителей было немыслимо смотреть на мир со стороны, находясь вовне этого мира, выявляя некие всеобщие законы природы (или миропорядка). Тем более было немыслимо раздваивать человека на сознание и тело, отождествляя свое «я» с сознанием, якобы независимым от тела, аффектов, «психики», и глядящего и на себя и свою психику – как на объект. Вопрошая о том, как вообще стал возможен субъект-объектный подход, в котором я как субъект смотрю на себя и на мир как на объект – я попыталась самостоятельно проследить этот путь и обнаружила, что революционный сдвиг в миропонимании – от средневекового к Нововременному - произошел в 1453 г. – в год падения Константинополя и захвата его турками. Вместе с греками, бегущими из захваченной Византии – в Италию впервые попадают подлинные тексты Платона, но с ними и тексты гностиков, (в числе которых и 14 трактатов Герметического корпуса Гермеса Трисмегиста, сочиненные во II-III веке н.э.). Флорентиец, неоплатоник эпохи Возрождения Марсилио Фичино переводит трактаты герметического корпуса. Именно гностицизму присущи взгляд на этот мир как на чужой, враждебный, и желание освободиться от мира и от оков собственного тела. Для этого гностики предлагали «познавать» мир (гнозис – «знание»), дабы подчинить его, и тем преодолеть власть его законов. До эпохи Возрождения гностицизм был практически побежден христианством. Так, в латиноязычном мире были уничтожены все гностические рукописи. И вот гностицизм возродился на заре Нового времени. Без этого невозможно было бы и становление науки. Позже оказалось, что к такому же выводу пришел в своих раскопках истоков Нового времени и ученик Хайдеггера Г. Йонас. Итак, одним из важнейших условий возникновения науки – было формирование позиции Наблюдателя, стоящего вне мира, даже над миром, и превращающего этот мир в свой объект. Понятно, что до Нового времени таким Наблюдателем мог быть только Бог. И только дерзко узурпировав место Бога – став над миром – и можно было учредить науку. Для такой противоестественной операции выхода из мира – необходимо, чтобы реальные экзистенциальные связи с миром мыслителю-исследователю не мешали.


В экзистенциальной философии произошло преодоление субъект-объектной дихотомии. Г. Марсель назвал ее «позицией внешнего Наблюдателя» и противопоставил ей «позицию участника» - вовлеченного в Бытие. Так же и М. Хайдеггер противопоставил отчужденному от мира «калькулирующему» рассудку – бытие-в-мире. С другой стороны, возникший из-за само-объективации раскол человека на «сознание», «психику» и «телесность» экзистенциальные мыслители (Г. Марсель, Е. Минковский, К. Ясперс, Л. Бинсвангер, В. Франкл) преодолевают – утверждая целостность личности как единство сознания, экзистенции, плоти и духа.
Практически, в терапии это преодоление субъект-объектного мировоззрения означает сразу ряд отказов от привычных для естественно-научного подхода позиций:


А) отказ от позиции наблюдения за клиентом со стороны (сверху), восприятия его как объекта, к которому необходимо применить ту или иную технику, чтобы его «изменить».


Б) отказ от позиции «эксперта», «всевидящего» или «Бога», знающего за клиента, в чем его проблема и как ее решать.


В) отказ от обладания, «подчинения», «поучения» клиента, навязывания ему своих убеждений, ценностей, мировоззрения. Вместо установки на обладание и овладение – экзистенциальный терапевт реализует установку на бытие, т.к. взаимность, взаимопонимание, сотрудничество на равных, бытие рядом, со-присутствие. Терапия становится экзистенциальной только тогда, когда терапевт вовлечен в общее со-бытие с клиентом.


Г) отказ от объективации «психики» клиента, вырванной из контекста его целостной личности, жизни и истории - как того, что необходимо лечить.
Важность контекста для понимания


Отсюда вытекает второй принцип – важности контекста для понимания клиента. Для экзистенциального терапевта нет никакого клиента, вырезанного из своего окружения и жизненного контекста. Нет и «психической проблемы» которую можно было бы решать вне всей многогранности личности клиента, его истории и жизни. Вне этого контекста невозможно будет понять клиента, какая реальность стоит за его высказыванием.
В нашем экзистенциальном понимании, если мы что-то хотим понять, то понять можно только в контексте. Когда-то из неокантианского кружка, в котором состояли и Хайдеггер, и Гуссерль, и Ясперс, вышел и их младший товарищ Гадамер. Он посвятил почти всю свою жизнь герменевтике - учению о понимании. Ему было ясно, что невозможно как-то однозначно интерпретировать текст. Разные люди интерпретируют один и тот же текст по-разному. Исходя из множества различных обстоятельств своей жизни, каждый понимает по-своему, под себя. Как вообще возможно взаимопонимание? Гадамер работал над этим вопросом, создал целое учение. И стало ясно (и это важно для нашего направления экзистенциализма), что для того, чтобы что-либо понять, важен контекст. Не только, что говорит человек. Но и то, как он говорит и кому он говорит. Как то, что он говорит, соотносятся с тем, что он делает. Александр Ефимович Алексейчик особое внимание именно этому уделяет – проверке соотношения между словами и действиями, между словами и их обращенностью - словами в пустоту и словами кому-то конкретному. Это все создает контекст. В экзистенциальной терапия важнее не сами слова, а то как они произносятся и в какое действие переходят. И одно действе может быть важнее многих слов. Также принцип контекста означает, что измениться клиент может - только изменив тот образ жизни, в котором он заболел. И помочь ему в этом может создание нового общего терапевтичного контекста между терапевтом и клиентом.

Опора на собственный жизненный опыт
В основе, по крайней мере, европейской медицины лежит миф о раненом и сумевшем вылечиться враче, целителе (см. миф о кентавре Хироне и его ученике Эскулапе). То есть для становления врача, важен опыт собственной болезни и собственного выздоровления. Без этого врачом не становятся. И тогда первый вопрос к тем, кто хочет стать врачом - чем Вы были больны и от чего Вы выздоровели. Это опора на собственный жизненный опыт. Только лично пережитое – безусловно, истинно и может служить твердой опорой, ведь чтобы сопровождать клиента на его пути выхода из кризиса, помочь выбраться из пропасти к вершине - необходимо знать географию местности. Истина для человека - это то, что открывается ему в ходе его жизненного опыта. Через собственный опыт или опыт тех, кому он безусловно верит.

Деуниверсализация
В течение многих веков создаваемые мировоззрения и философские системы были всегда универсальными. Например - универсальная философия Гегеля, охватывающая и объясняющая весь мир. Любое учение эпохи классики - претендует на то, что объяснять весь мир через какую-либо универсальную идею (Абсолютный дух у Гегеля, материальное производство у Маркса). Невозможность выстроить картину мира на одном универсальном принципе привело к концу эпохи классики и началу неклассических философий, одной из которых была экзистенциальная философия. В том ее виде, который развился в МИЭК, идет отказ от универсализации. Это означает, что все философии становятся для нас локальными. В одном случае, чтобы как-то понять происходящее с нами или нашим клиентом, нам в помощь может быть Гегель. А в другом случае, чтобы понять происходящее он совсем нам не в помощь… но нам в помощь будет Кьеркегор, Достоевский (какой-либо его «похожий на нас» персонаж), Камю или Толстой. Каждому конкретному больному необходим свой конкретный индивидуальный рецепт, свое лекарство. И что полезно одному, может быть бесполезно или вредно другому. И даже для одного и того же человека в разные периоды жизни помогать и вредить будет разное. «Сто лет одиночества» или «Степной волк» хороши (утешительны) для одинокого подростка, чувствующего себя «иным», «непонятым», «отвергнутым» и что поговорить не с кем – укрепляя его в мужестве противостоять травящей его «массе». Однако во взрослой жизни такой одинокий романтизм может стать помехой в нахождении своего Другого (друга, любимого), и тут в помощь могут быть «Вино из одуванчиков» Брэдбери, или «Братья Карамазовы» Достоевского. Но все это очень индивидуально.

Принцип «жизненного мира» или «Мы живем не в одном и том же мире»
Этот принцип мы находим у позднего Гуссерля. А также у феноменолога Е. Минковского в его концепции «проживаемого времени» и «пространства». Он заключается в том, что у каждого человека – свой уникальный субъективный мир. Ни одно событие не переживается людьми одинаково. Ни одно произведение искусства или пейзаж не будет воспринят одинаково. У каждого человека в разные периоды жизни может доминировать прошлое (переживаемое в сожалениях и угрызениях совести, настоящее (переживаемое в приятии/неприятии, слиянии или уходе от мира) или будущее (переживаемое в активности, ожидании, желании и надежде) – но то, как именно он их переживает – всегда неповторимо. Каждый реагирует на событие, и находит в произошедшем свой уникальный смысл. Любое событие, пережитое человеком – становится событием Его Жизни. И в терапии мы занимаемся не объективными фактами, а именно их значениями для человека.
Итак, принцип жизненного мира означает, что ни один человек не живет в «объективной» действительности. Сам процесс переживания и осмысления пережитого уже присваивает этот мир, делает его своим личным. Потому классическая дихотомия «внешнее» и «внутреннее» не работает в отношении жизненного мира человека. На питерском саммите психологов, прошедшем 31 мая online - этот вопрос подняли известные профессора Е.В. Субботский, В.А. Петровский и Виктор Каган. И пришли к такому же выводу: ни одна книга не будет усвоена, переварена человеком так же как другим. Каждый увидит свою «лунную дорожку», встроит прочитанное и пережитое в свою картину мира – по-своему. И со смертью человека исчезает этот уникальный взгляд на мир. В психотерапии это означает, что практический метод должен быть не заимствован, даже у учителя, а рожден практикующим, «психотерапия должна быть по себе» (Каган). В отношении клиента это означает, что мы будем прояснять (Э. ванн Дорцен) переживаемый опыт, возникающие в ходе переживания смыслы, а также верования, этику и ценности, которыми человек руководствуется, и, в итоге - всю складывающуюся на их основе картину мира человека в целом. И ни в коем случае не внушать/ навязывать свою картину мира. Для этого необходимо создать общее жизненное пространство, стать частью мира клиента. И принять его в свой мир.

Культурная полилингвистичность
Культурная полилингвистичность – это понимание с кем и какие слова мы употребляем, осторожность с употреблением слов. Воссоздание смыслов и образов, стоящих за этими словами для этого человека. Потому что слова могут быть одни, а образы разные. Этот принцип был хорошо проявлен во время докладов на Втором Всемирном Конгрессе по экзистенциальной терапии, в Аргентине (май 2019). Конгресс назывался «Тревога в эпоху перемен». В составе делегации МИЭК были переводчики-полиглоты, и они обнаружили, что одно и то же слово (даже с одинаковым написанием) может означать разное. «Тревога» для немцев, англичан и для латиноамериканцев (испаноязычных) – это совершенно разные слова. Культурный смысл их совершенно разный. Для германоязычных немцев и австрийцев тревога отличается от страха. Тревога безотчетна и беспредметна. А у страха есть конкретный предмет, и немцы и австрийцы с этим работают. Тревога как недо-страх, пред-страх. Тревога в английской культуре – это как знак, как щелчок, как гудок паровоза. Это было видно по тому, насколько доклад Эмми ван Дорцен, много десятилетий живущей в Великобритании отличался от доклада Альфрида Лэнгле. Наш переводчик приводил пример с воздушной тревогой, на нее нужно реагировать, если хочешь остаться жив. Спасибо тревоге – она нас предупреждает. В немецкой культуре слово тоже, но за ним нет того смысла. Эмми ван Дорцен доклад делала как представитель британской культуры. И среди ее носителей было полное понимание, почему она призывала благодарить тревогу. А для немецкоязычных участников Конгресса благодарность тревоге – странная странность. А в испаноязычном мире тревога – это грусть-тоска. И за что благодарить тоску совершенно непонятно. Особенно непонятно было латиноамериканцам. Хотя слово одно и то же, латинского происхождения. И такого - огромное количество.
Вот почему необходима открытость и диалог культур, без которого невозможно взаимопонимание. Для диалога же важно не абсолютизировать свою культурную традицию.

Принцип дополнительности
Понимание, которое у нас возникает, всегда локально. Ни одна теория (психологическая или философская) не может описать ситуацию или жизнь конкретного человека полностью. Любая концепция, теория описывает только часть ситуации. Любая теория схватывает какую-то часть жизни человека на этом этапе. А другую часть схватывает другая теория. А третью часть – третья теория. Такое лоскутное одеяло. Принцип дополнительности говорит, что это нормально. Все представления психологические о характерах или об акцентуациях локальны. Но все вместе, такое лоскутное одеяло, как-то может покрывать и что-то объяснять нам. Но только вместе. Этот принцип справедлив как для современной физики, так и для современного экзистенциализма.

Принцип неоднородности пространства и времени
Наше современное образование и разные науки по своему происхождению и существованию естественнонаучны. В основе естествознания лежит принцип однородности пространства и времени. Аксиома, на которой строится классическая физика – принцип однородности пространства и времени. Если его убрать, то развалится все здание. Принцип однородности времени означает, что если мы получили какой-то результат здесь сегодня, то не нужно его перепроверять через день, месяц, год. - он будет один и тот же. Принцип однородности пространства – означает, что не нужно повторять эксперименты в разных регионах планеты - результат будет один и тот же.
В нашем же, экзистенциальном, мировоззрении происходит отказ от этого. Впервые этот отказ появляется у Хайдеггера, когда он говорит об открытости бытия. Р. Мэй говорит, что в норме человек – в силу своей свободы – непредсказуем. И только психически больной предсказуем в своих реакциях. Наш экзистенциализм призывает не спешить с выводами и навешиванием штампов, быть готовым, что дальше в жизни человека может быть новый поворот, и нужно быть рядом, если он произойдет.

Чувство меры.

Любой принцип, любые представления, которыми терапевт руководствуется, могут из терапевтических превратиться в травматические , если не пытаться чувствовать меру применимости. Как любое лекарство – другая его сторона этой яд. Лекарства без меры превращается в яд. Терапия без меры превращается в травмопорождение. Поэтому у нас практикуется своеобразная терапевтическая гомеопатия - понемножку. Часто на супервизиях, когда разбирается случай, обнаруживается, что пять встреч приносят положительный результат, их достаточно. А если продолжать терапию, то клиенту становится хуже и хуже.

Экзистенциальное обучение должно само быть экзистенциальным, жизненным

Наше обучение - не знаниевое, академическое, но опытное. У нас между знаниями отвлеченными и знаниями, связанными со своим жизненным опытом - проложен водораздел. Экзистенциальное обучение не может быть суммой информации об экзистенциальной философии и методе. Поэтому к обучению в МИЭК привлекаются не профессора-специалисты, а те, кто в своей терапии и жизни практикует экзистенциальное мировоззрение.

В конце конференции президент Украинского союза психотерапевтов (УСП) А.О. Фильц поздравил всех докладчиков.